Темная материя.  Елена Невердовская
19. Engagement: билет в будущее 21. Темная материя: зрелище для профанов

20. Темная материя: зрелище для профанов

13.06.2009

   Дорогой Джек!

   Как приятно иногда писать письма под покачивания белого вагона, на белом нетбуке, особенно когда за окном мелькают зеленые горы, Черный лес (в дословном переводе, хотя так никто и не делает). Технология шагнула. И шагнула бы еще дальше, если бы я ехала между Мюнхеном и Штуттгартом, а не Штуттгартом и Базелем, как в сей момент. Потому как там интернет в поезде даже при скорости движения в 300 км/час. Тут только есть сигнал, но выйти в интернетный  свет не получилось, к сожалению. А так хотелось всех удивить – послать мэйл на скорости 257, или хотя бы 180...

   Так вот, о технологии. И о будущем – об этом я собираюсь тебе написать. Ведь каждый имеет свою картину. С одной сторроны – Эделькорт, моя Екатерина, со своим визионерством, интуитивными провидением, 100% попаданием в цель. С другой стороны – ангажированные ученые. С дотошностью допотопных рационалов рисующие картинку. И эти два предварительных изображения не совпадают. Точнее – выглядит это так: то, что придумывают ученые не всегда окажется таким, а будет модифицировано модой. Откуда я знаю? Видела их проекты в так называемом „Поезде будущего“, который проехал вдоль и поперек всей Германии и продемонстрировал жаждующему научных откровений населению, над чем ученые работают, чего они добились и ЧТО они хотят. Ужас, ЧТО. Вот наше профанное мнение. И слава богу, что у них не все получится. Если бы не мода, не иррациональное, неуправляемое, что есть в нас, то будет как в кошмарных science fiktion: люди из пробирок, фотосинтез вместо пищеварения, ходящие франкенштейны из выращенных органических деталей, тотальное наблюдение, тотальная прозрачность. Один Большой брат на все многомиллиардное сообщество бедных инфузорий.
   Все это последствия, кстати, исторического барокко. С его „ножками в формалине“, любовью к анатомии и физиологии, с его страстью к ликвидации белых пятен, к тотальной экспансии.
   Представь: ты появляешься в порту. Такой черный ворон-победитель, знаменитый Джек Воробей. И даже одного шагу не делаешь, как тебя хватают и запирают в изоляторе. Ни за какие такие грехи, а просто потому, что приборы тебя уже считали и нашли в тебе пяток вирусов, десяток бактерий и еще чего-то там, какую-нибудь заморскую субстанцию, особенно вредную для хилого стерилизованного сообщества. И не дай Бог, ты еще в ярость впадешь по поводу скрытого сканирования твоей персоны, - тогда все, сразу темница. Потому как другой прибор считает по твоему лицу настроение и распознает, агрессивен ты или нет. А ты агрессивен, тут уж сомневаться не приходится, - потому как возможны победы без доли здоровой агрессии?
   И вот ты в изоляторе, в выцветшей пижаме, пропахший не ромом, женщинами и табаком, а дезинфекционными средствами и медикаментами. Тебя избавили даже от тех бактерий, с которыми ты благополучно родился. Тебя очистили снаружи и изнутри. И выяснили – колени-то все, капут. Предложили: хотите искусственные? И пищевод, сожженый карибским алкоголем тоже не мешает подправить – как вам титановый шланг с памятью? Только успевай отмахиваться и отнекиваться... Но: вот тут то заканчиваются рациональные исчисления ученых и начинается „реальность“.
   НО: у тебя есть деньги. Золото, бриллианты, старый клад из сундука, сердце Джонса или другой товар на покупателя. Не важно. Ты платежеспособен. А стало быть – ты проходишь через коридор в порту, где нет никаких сканеров. Ты покупаешь роскошь быть больным, агрессивным, жить дальше со своим испорченным пищеводом и желудком, стертыми коленным чашечками и так далее. Ты покупаешь роскошь быть животным, не стричь волосы, не чистить зубы. Роскошь иметь „траурные рамки“ под ногтями и запах изо рта.
   Ученые в погоне за рационализацией и улучшением, упрощением и повышением КПД, функциональности не учли наличие той самой „темной материи“, не в их, научном смысле, а в нашем, таком бытовом – темной стороны нашей натуры. Не учли наше стремление к демонстрации особенности, наше хвастовство и расставление пальцев веером, распушение хвостов и прочих перьев, нашу страсть к роскоши, наслаждению, наше отвращение к скуке и скучной однообразной жизни. Нашу любовь к переменам.
   И вот, права моя Екатерина: пока ученые и архитекторы сочиняют дома с садами и огородами, оснащенные солнечными батареями и грунтовыми кондиционерами, обеспечивающие жителей необходимой зеленой массой (в каких-нибудь единицах на кв.м и на 1 персону), молодые повара, честолюбивые и тщеславные, рвутся в поля, степи, леса и джунгли – в поисках экзотических пряностей, трав и плодов. И добавляют в лимонный щербет тонконарезанные молодые побеги бука, а в клубничный мусс почки ливанского кедра. И они находят потребителей своих новшеств, потому как точно уловили – страсть к наслаждению, страсть ко все новым и более утонченным наслаждениям, к изменению, к вечной новизне.

   Так что – если ты платежеспособен, ты не только избежишь сканеров, но и получишь флип с антарктическим льдом и вмороженными внутрь морскими коньками. Что-нибудь вроде – пока это „темная материя“.

   Кстати, о последней.
   В этом белом поезде „будущего“, в самых первых вагонах, посвященных космосу, вселенной, звездной пыли и возможности разума, была продемонстрирована наглядно пропорция между темной и светлой материей: прозрачный куб был наполнен красными и синими шариками. Синих – изображающих темную материю – было гораздно больше. Примерно 80 %. Красные просто терялись.
   Какой из этого следует вывод? А хотя бы такой: вас больше. Пиратов, флибустьеров, мюнхгаузенов. Кто знает тогда, какие существуют частицы и в каких они пространствах перемещаются. И не мы ли сны, которые вам сняться, и не реальны ли вы, которых мы придумали?
   Извини, я не хотела тебя обидеть, мой Пират.