Темная материя.  Елена Невердовская
4. Короли в политическом пасьянсе 6. Смерть как искусство

5. Под знаком Rolex

18.04.2008

   Привет!
   Вот скажи, стерпел бы ты на своем корабле плюрализм мнений? То-то и оно. И странно, что полиция так удивилась, обнаружив на угнанной сомалийскими пиратами французской элитной яхте «пиратский кодекс», регламентирующий правила поведения современного пирата во время захвата заложников. Удивляться-то чего? Как будто возможно обратное – неорганизованный и спонтанный захват современного судна!
   Я, собственно, опять о власти.
   Что отличает государство эпохи барокко? Концетрация, централизация власти. Поиски существующей или изобретение эфемерной общегосударственной идеи – национальной, например. Обеспокоенность мирской славой, добываемой в боях с соседями, экспансии, стало быть, во славу короны. Борьба с цетробежными тенденциями провинциальных дворян, разрабатывание «вертикали власти» - бюрократического аппарата.
   Что касается военных дел – тут сравнивать не надо и пытаться. Не та ситуация, не то оружие. Чтобы стало понятно, что я хочу сказать, приведу статистику по 17 веку: «Швеция, Австрия и Османская империя находились в состоянии войны две трети указанного срока, Испанская монархия – три четвертых, Польша и Россия – четыре пятых. ... Из 100 лет – только 4 года, в течение которых в Европе не велись военные действия» (Джеффри Паркер «Солдат» из сборника «Человек эпохи барокко»). Сейчас мировой славы добиваются другими средствами. А вот  по другим пунктам можно пройтись.

Искусство патронажа

   Что делает государственный муж – кардинал Ришелье, испанский министр Оливарес, голландский госсекретарь Ян де Вит, лорд-протектор Англии, Шотландии и Ирландии Кромвель, - чтобы усилить центральную власть и обеспечить выполнение нужных решений на местах, в провинциях? Он работает над созданием – страшное слово в современной Европе – коррупции. Первое: государственный деятель, обеспокоенный сохранением собственной власти и единства государства, продает должности. Этим самым он не только обеспечивает лояльность, но и гарантирует выполнение распоряжений. Он – начальник – приказывает своим подчиненным, бургомистрам, губернаторам, судьям. Второе: стоящий у власти министр, госсекретарь и тд и тп, привечает всех своих братьев и сестер, родственников жены, внучатых племянников, кузенов и кумовьев. Он планомерно работает над созданием династии, улучшает финансовое и не только положение всех членов клана: жалует титулы, дарит имения, ставит на ответственные посты. И себя самого он окружает верными людьми, упрочивая этим самым свое положение. Третье: принцип «ты мне – я тебе». Государственный муж является в роли благодетеля, в ответ, конечно же, он ожидает от «друга» кооперативного действия в нужный момент в нужном месте. Основанием для таких отношений являются частные интересы участников. Чтобы привлечь к себе в «сеть» полезных людей, государственный деятель, должен иметь достаточное количество «товара» - годных к предложению в качестве подарка «тепленьких чиновничьих мест», звучных титулов и денег (В Кастилии это называлось mercedes). И тут, как четвертый пункт, само собой напрашивается: государственный муж обязан быть богат (а вот демонстрировать это или нет – национальная особенность, личное дело каждого).
   Итак, что нам испанский Оливарес, если у нас тут – сами знаете что. Витами «B», как говорят немцы, от слова «Beziehung – связь». Вот в России, например, легче легкого наладить такую сеть, опыт большой, многовековой, причем все время кивают в сторону Азии, как будто только азиаты отличаются повышенной способностью к коррупции. «Единая Россия» - все прекрасно понимают, что это никакая не партия, это одно название, лозунг, флаг. «Клуб для богатых и чиновных», как называет это демократический запад. Поэтому и нужны связи – между начальником и подчиненным, между дядей и внучатой племянницей, между патроном и клиентом, между партнерами, сокурсниками, одноклассниками, пацанами (самое время вспомнить рассуждение о гопничестве и гопниках, о дворовых «понятиях». Незачем, кстати, узурпировать это понятие как принадлежность исключительно российской «культуры» - надо смотреть шире, см. сомалийские пираты, например!).
   Владимир Владимирович Путин, например, практически сразу изобрел институт попредства. И то, что это образование функционировало успешно на протяжении долгих лет доказывает факт переподчинения полномочных представителей президента главе правительства, которым станет Владимир Путин после инаугурации Дмитрия Медведева. Кроме полпредства, «центр» самым прямыи образом влиял на выборы губернаторов. И так далее и тому подобное. Но все это – в пределах имитации игры по правилам демократии. Реверанс, так сказать, в сторону господствующей мировой идеологии. «Управляемая демократия», российский вариант.

   Но есть и другие варианты. Например, новшество от Duracell-президента, как назвала Николя Саркози Ангела Меркель. Своей энергией он потрясает мир. Но и не в меньшей степени своим «ячеством», своим позерством, своей любовью к баснословно дорогой роскоши и дешевым жестам.  

Bling-bling

21.04.2008

Власть подразумевает богатство – вполне расхожее мнение тех далеких 1600-1700-х лет. Каким достоинством, каким авторитетом мог бы обладать правитель, если он не мог бы себе позволить – армию, флот,  дворец, свиту, как бы он мог управлять подданными, которые были бы богаче его? Поэтому – алчность, стяжательство, любовь к накоплению у одних, к накоплению, роскоши и демонстрации своего благосостояния – у других. Ришелье был вторым по количеству движемых и недвижимых богатств после французского короля. Столь же богат и падок на «жесты» был испанский герцог Оливарес. У русских есть свой хороший пример – Александр Меньшиков, верный, активный и вороватый. У государства воровать было незазорно – личные интересы и интересы страны были слиянны и нераздельны. Цитата: «Смешение частных и общественных интересов являло собой, строго говоря, коррумпированность, но в эпоху барокко это никакого возражения не порождало, потому как государственный деятель со всей своей свитой личных-государственных людей служил общему благу» (Генри Камен «Государсвенный деятель»).
   Были и другие примеры. Де Вит был состоятелен, но всегда отличался простотой, он даже ходил «пешком по городу», что называется – был близок народу. Одевался, как они, ел то, что они, и так далее. Кромвель с одной стороны не страдал страстью к демонстрации состояния, но под конец правления ввел испанскую моду. А следование моде, как известно, вводит в большие растраты.
   И в наше время законодатели мод не только кино- и поп-звезды. Вот быстрый и энергичный Саркози, можно сказать, ввел среди политиков моду на красивых жен. Пока его успех никто не переплюнул,  его примеру, правда, даже никто пока не последовал, но слухи ходят основательные. На встрече Берлускони и Путина журналистов больше, чем русско-итальянские политические взаимоотношения,  волновало «а правда ли, насчет президента и чемпионки». Ответа «да» или «нет» они так и не получили, только совет – «не совать свой гриппозный нос куда не следует», и рекламное заявление, что русские женщины самые красивые в мире, что ему, Владимиру Владимировичу можно верить на слово, так как он в предмете разбирается, потому как любит красивых женщин, всех. Правда, кинув взгляд на Берлускони, Путин решил смягчить ситуацию, заметив, что, пожалуй, одни итальянки могут с русскими соперничать. Берлускони просиял.
   Красивые женщины – это как «Rolex». Знак богатства, знак авторитета, знак власти. Без него и без них государственного мужа в мире в расчет не примут. Красивые женщины, Rolex, жесты – это и есть «bling-bling» из заголовка. Как объяснил «Шпигель» - в современном французском таким словом обозначаются побрякушки, которые вешают на себя адепты хип-хоп-сцены. Что-то вроде золотой цепи в палец толщиной, для русских - вполне понятно. А вот среднестатистический француз не терпит этой любви к «bling-bling» у их избранника Саркози.
   И демократической прессе не дает покоя Саркози именно этим «bling-bling». Они почти смиряются с тем, что он кричит на своих министров, обещая разогнать их всех к черту, если они не предпримут нужных для реформ действий. Они уже не стонут, когда он делает нечто в одиночку – как то визит в Мадрид, Каир, Варшаву, или приглашает Каддафи в Париж, несмотря на дипломатически сдерживаемое осуждение со всех сторон. Но: каждый раз всех возмущает с новой силой его, оплаченное богатыми друзьями, путешествие, купленное на государственные деньги платье его жены во время посещения Английского королевского дома, рост его доходов – ежемесячно на 170% (20 000 евро) – при том, что, как сказал осенью премьер-министр, «Франция уже практически банкрот».
   Rolex волнует всех.
   Последний пример: недавно в Германию пожаловала одна знаменитая литературная дама, Ясмина Реза. Она представляла какой-то очередной свой спектакль, но не говорить о книге, написанной ею о Саркози, она не могла. Во время выборов именитая сценаристка предложила будущему главе правительства: «я напишу о вас книгу, я буду вашей тенью». Саркози это, без сомнения польстило. И вот – книга издана, и самая знаменитая сцена, процитированная вдоль и поперек: Ясмина Реза читает газету, Саркози бросает взгляд на страницу. Там статья о выборах в Иране. «Интересно?» - спрашивает Реза. «Да, они просто восхитительны!» - отвечает Саркози, имею ввиду рекламу Rolex на той же странице.
   Да, кстати, в Египте он носил солнцезащитные очки от Ray-Ban.

Выборное право только для финансово независимых мужчин

   Николя Саркози вот уже год как глава государства. Его личная популярность упала до 36%. Тоже рекорд. Еще ни один политик не добивался за год столь стремительного падения. Воистину Duracell-президент. Пока он не заботится о том завтра, что наступит. Есть только сейчас.
   А вот для некоторых завтра уже наступило. Для Берлускони, третий раз у власти. И – совсем особый вариант – Путина. Владимир Владимирович был очень озабочен преемником, был очень обеспокоен как и каким образом одновременно соблюсти конституцию и остаться у власти. Ришелье, например, в этом смысле было много легче. Он правил до смерти, а в преемники подготовил пришельца Мазарини. И с выборным правом тогда было гораздо легче. Де Вит: «Все женщины, слуги, инвалиды и солдаты, а также все те, кто работает по найму, не имеют права принимать какое-либо участие в политической жизни. Таким образом, гражданские права и политическая деятельность являются прерогативами исключительного меньшинства – финансово независимых здоровых мужчин». (Генри Камен «Государсвенный деятель»).
   Результат– практически тот же, что и сейчас. Правят деньги. Только сколько сил надо приложить в современном мире, какие политтехнологии надо выдумать, как затуманить голову пропагандой, чтобы  добиться того, что в 17 веке легко получали ограничением политических прав.

   Вот тут можно пару слов и про Италию добавить.
   Сатирик Грилло предлагает совсем уж пиратские методы борьбы против господствующей системы (о бунтарях эпохи барокко я только начала читать, но мне кажется, что Грилло к ним не относится, он, скорее, утопист). Так вот, его мнение о ситуации в Италии. Парламент – богадельня, где младшему под 60, а старшему за 80. Берлускони – живой труп (он сказал, «вспомните Ленина!), Вельтрони – тот же самый Берлускони, программы у партий идентичны, потому как нужны только для замарачивания толпы, так что кого не выбери – все одно. Его предложение (интервью в «Шпигель-онлайн»):
   «Грилло: Я не собираюсь основывать партию. Партии сейчас мертвы. У меня свой взгляд на то, как сейчас надо делать политику. Я хочу, чтобы политику делали 20- и 30-ти летние. В моем блоге я могу наблюдать, направлять, но первую роль играть не собираюсь – лучше буду, как и раньше, клоуном.
   Шпигель: А откуда должны появиться эти «провозвестники бури»?
   Грилло: в моем блоге уже собралось немало людей, которые хотят и могут изменить жизнь. Мы принимаем сейчас участие в коммунальных выборах потому, что именно там происходят все грязные партийные игры. 20-ти и 40-летние кандидаты, молодые незапятнанные люди, есть еще такие в Италии. План таков: беспартийные должны занять места в коммунальных парламентах и заботиться о прозрачности – через интернет...»
   И что оказывается? О чем так заботится, что так взращивает «клоун» Грилло? О появлении той же самой, не побоюсь этого слова, коррупции. Антикоррупции, собственно, но это практически то же самое – с отрицательным знаком.

   Хотя, и зачем я это написала? Если досконально объяснить свою мысль, то уйдет столько времени и сил, что ни на что другое уже не останется. А жизнь то идет вперед. И писать сейчас надо в ритме ежедневных газет. Кстати, в том же самом Шпигеле была недавно статья, как появились газеты. И что ты думаешь? Во время 30-летней войны. И там были корреспонденты, которые доставляли новости  с севера на юг и с юга на север на почтовых лошадях. И это был прогресс – эти почтовые станции. Это были выигранные дни. Кажется двое суток. У меня лошадей нет, у меня есть интернет. А газеты мне приносят каждое утро. Проблема в другом – жизнь не равна писанию. Надо же еще отправлять детей в школу, например, мыть посуду, разговаривать по телефону, ходить в гости, спать. А корреспонденты работают, кони скачут, килобайты летят. По туннелям под океанами.

   Ладно, пока. Доброй ночи.